Betonstavropol.ru

Бетон Ставрополь
2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Что такое обратное отношение крутизны откоса

КС напомнил, как работает принцип применения обратной силы закона

Конституционный Суд опубликовал Определение № 1675-О от 20 июля 2021 г., которым отказал в принятии к рассмотрению жалобы на п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц, которому, по мнению заявителя, должна быть придана обратная сила.

Привлечение к административной ответственности

14 октября 2019 г. Межрайонная инспекция ФНС № 25 по Ростовской области проводила проверку в ООО «Расчетный центр Ростова-на-Дону». Инспекция установила, что общество не использует специальные банковские счета для приема платежей от населения за коммунальные услуги, принятые оператором по переводу денежных средств. В связи с этим 7 ноября 2019 г. инспекция вынесла постановление о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 15.1 КоАП «Нарушение порядка работы с денежной наличностью и порядка ведения кассовых операций, а также нарушение требований об использовании специальных банковских счетов» в виде 40 тыс. руб. штрафа.

Впоследствии «Расчетный центр Ростова-на-Дону» обратился в суд с заявлением о признании постановления незаконным и просил о его отмене. Общество отмечало, что оспариваемым постановлением нарушены его права в сфере предпринимательства и экономической деятельности, поскольку возложена обязанность по проведению операций по специальному банковскому счету, которая противоречит действующему законодательству. По мнению общества, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и нормам законодательства вывод инспекции и суда о том, что непосредственный прием денежных средств за жилищно-коммунальные услуги, осуществляемый оператором, не свидетельствует о безналичном порядке проведения расчетов.

Суды отказали в удовлетворении требований

3 февраля 2020 г. Арбитражный суд Ростовской области отказал в удовлетворении заявленного обществом требования со ссылкой на наличие в его действиях состава вмененного ему административного правонарушения, соблюдение инспекцией порядка и срока привлечения к административной ответственности и отсутствие оснований для признания совершенного правонарушения в качестве малозначительного. Апелляционная и кассационная инстанции согласились с данными выводами.

Отказывая в удовлетворении требований заявителя, суды исходили из сложившейся практики применения п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц в редакции, действовавшей на момент привлечения общества к административной ответственности. Суды приняли во внимание положение ч. 14 той же статьи, в силу которого платежный агент при приеме платежей обязан использовать специальный банковский счет (счета) для осуществления расчетов.

Так, суды пришли к выводу, что общество, действуя в качестве платежного агента, осуществляло операции с денежными средствами потребителей услуг путем их получения от плательщиков через операторов по переводу денежных средств и последующего перечисления на расчетный счет поставщика, минуя специальный банковский счет, что свидетельствует о наличии в его действиях объективной стороны административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 15.1 КоАП.

Использование разных редакций закона

Обратившись в Конституционный Суд, общество оспаривало конституционность п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц, согласно которому по специальному банковскому счету платежного агента могут осуществляться, в частности, операции по зачислению наличных денежных средств, принятых от физических лиц непосредственно платежным агентом (оператором по приему платежей или платежным субагентом).

Читать еще:  Откосы под 90 градусов или с рассветом

По мнению общества, оспариваемое законоположение фактически отменяет административную ответственность за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 15.1 КоАП, а потому оспариваемой норме должна быть придана обратная сила, как того требует ч. 2 ст. 1.7 КоАП. Однако, как указано в жалобе, правоприменительные органы с данным мнением не согласились. В связи с этим заявитель, оспаривая решения по его делу, просит признать п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц не соответствующим Конституции.

КС отказался рассматривать жалобу

Отказывая в принятии жалобы к рассмотрению, Конституционный Суд отметил, что из представленных материалов следует, что на момент привлечения заявителя к административной ответственности действовала прежняя редакция оспариваемого пункта, в силу которой по специальному банковскому счету платежного агента могут осуществляться, в частности, операции по зачислению принятых от физических лиц наличных денежных средств.

Суд пояснил, что при рассмотрении же арбитражными судами дела о признании незаконным и отмене соответствующего постановления налогового органа заявитель в подтверждение своих доводов об отсутствии противоправности деяния ссылался на обновленную редакцию данного пункта (вступившую в силу до вынесения решения судом первой инстанции), в которой появилось уточнение лишь относительно наличных денежных средств, принятых от физических лиц непосредственно платежным агентом (оператором по приему платежей или платежным субагентом).

Ссылкой на свое Определение от 30 января 2020 г. № 82-О КС указал, что п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц направлен на обеспечение определенности правового статуса платежного агента, соблюдение баланса публичных и частных интересов. Суд подчеркнул, что данная норма вопросы административной ответственности непосредственно не регламентирует и сама по себе не может расцениваться как нарушающая в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявителя.

В то же время КС напомнил, что принцип обратной силы закона, устраняющего или смягчающего ответственность за правонарушения (ст. 54, ч. 2 Конституции), влечет освобождение от установленной ранее ответственности и может быть обеспечен лишь при условии создания надлежащего процессуального механизма, позволяющего определить в конкретном деле, в какой мере новый закон смягчает ответственность за правонарушение, и соответствующим образом применить его (постановления от 20 апреля 2006 г. № 4-П; от 13 июля 2010 г. № 15-П; от 10 октября 2013 г. № 20-П и др.).

КС обратил внимание, что применительно к административной ответственности принцип обратной силы закона конкретизирован в ст. 1.7 КоАП, определяющей, что лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения. Закон, смягчающий или отменяющий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшающий положение лица, совершившего правонарушение, имеет обратную силу, т.е. распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено, пояснил Суд.

Читать еще:  Утепление откосов по кнауф

КС напомнил свою неоднократно выраженную позицию о том, что, устанавливая административную ответственность, законодатель в рамках имеющейся у него дискреции может по-разному, в зависимости от существа охраняемых общественных отношений, конструировать составы административных правонарушений и их отдельные элементы, включая такой элемент состава административного правонарушения, как объективная сторона. Также законодатель может использовать в указанных целях бланкетный (отсылочный) способ формулирования административно-деликтных норм, что прямо вытекает из взаимосвязанных положений ст. 1.2, п. 3 ч. 1 ст. 1.3 и п. 1 ч. 1 ст. 1.3 КоАП, указал Суд.

При этом КС разъяснил, что, применяя бланкетные нормы законодательства об административных правонарушениях, компетентные субъекты (органы, должностные лица) административной юрисдикции обязаны воспринимать и толковать их в неразрывном единстве с регулятивными нормами, непосредственно закрепляющими те или иные правила, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность (постановления от 14 февраля 2013 г. № 4-П; от 16 июля 2015 г. № 22-П; Определение от 21 апреля 2005 г. № 122-О и др.).

Эксперты оценили позицию КС

К.ю.н., доцент кафедры конституционного права Санкт-Петербургского государственного университета Анна Васильева считает необходимым выделить две основные проблемы, затронутые в анализируемом определении. Первая заключается в наличии содержательных оснований для применения обратной силы закона в производстве по делу об административном правонарушений. «В условиях, когда законодательство об административных правонарушениях относится к самым подвижным, неустойчивым в российской правовой системе, применение института обратной силы закона не является каким-либо редким случаем», – указала она.

Эксперт отметила, что некоторая сложность данного дела состоит в том, что применялся бланкетный состав административного правонарушения: правило поведения, охраняемое ч. 2 ст. 15.1 КоАП РФ, содержалось в ином федеральном законе, который претерпел изменения, пока дело об административном правонарушении проходило различные стадии. При этом сама охранительная норма ч. 2 ст. 15.1 КоАП РФ осталась внешне неизменной, подчеркнула Анна Васильева.

Вторая проблема в рассматриваемом определении, по словам Анны Васильевой, заключается в выборе способа защиты права в ситуации, когда лицо полагало, что подлежало освобождению от административной ответственности в связи с применением обратной силы закона. «Представляется ошибочной попытка лица оспорить конституционность регулятивной нормы, за несоблюдение которой лицо было привлечено к административной ответственности, поскольку проблема находится не в плоскости конституционности регулятивной нормы права, а в плоскости применения института обратной силы закона в конкретном деле», – заключила эксперт.

Директор Коллегии адвокатов «Защита» г. Чебоксары Александр Гаврилов обратил внимание, что, исходя из определения, заявитель жалобы, оспаривая конституционность п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц, связывает это с необоснованным неприменением к ней правоприменительными органами положений ч. 2 ст. 1.7 КоАП. «Очевидно, что тезисы о неконституционности оспариваемой нормы и обоснованность применения или неприменения положений ч. 2 ст. 1.7 КоАП следует разделить. Так как они могут быть и не связаны между собой», – считает Александр Гаврилов.

Читать еще:  Что такое откосы подаконников

Эксперт полагает, что при обжаловании конституционности норм прежде всего следует обращать внимание на их качество. В связи с чем правоприменитель может допускать неоднозначное и расширительное толкование, а следовательно, и произвольное ее применение, влекущее ограничение конституционных прав неограниченного круга лиц и ущемление публичных интересов государства, пояснил Александр Гаврилов.

По его словам, это соответствует позиции ЕСПЧ, который считает, что закон, ограничивающий права человека, должен отвечать требованию «качества закона», вытекающему из общепризнанного принципа верховенства права. Александр Гаврилов напомнил, что Конституционный Суд РФ неоднократно высказывался в своих постановлениях о критериях определенности правовой нормы (Постановление КС РФ от 15 июля 1999 г. № 11-П).

Адвокат АП Вологодской области Илья Трайнин полагает, что обращение в КС с жалобой на измененную статью этого закона было «не по адресу» – данный спор должен разрешаться в арбитражных судах и ВС РФ. «Тем не менее положение о том, что не все юридические лица могут принимать платежи от граждан, даже путем платежных поручений со счета банковской карты, на мой взгляд, в принципе не соответствует Конституции», – отметил Илья Трайнин. Вместе с тем эксперт пояснил, что в данном случае вопрос носил слишком узкий правовой характер для рассмотрения КС, учитывая то, что применение права по данному спору отнесено к компетенции других судов.

Адвокат, управляющий партнер КА «Саранов & Партнеры» Алексей Саранов отметил, что КС обоснованно напомнил о конституционном принципе обратной силы закона, устраняющего или смягчающего ответственность за правонарушения, и еще раз подчеркнул обязанность компетентных органов и должностных лиц при применении бланкетных норм законодательства об административных правонарушениях.

По мнению эксперта, заявителю целесообразно было обратить внимание Конституционного Суда на другой аспект, связанный с недостаточной правовой определенностью содержания ст. 1.7 КоАП РФ в части отсутствия в ней регламентации особенностей применения бланкетных норм законодательства об административных правонарушениях. «Эта проблема является актуальной и требующей своего разрешения, поскольку подавляющее большинство норм об административных правонарушениях являются бланкетными, причем отсылающими для определения содержания элементов состава того или иного правонарушения к положениям не только других законов, но и подзаконных актов, внесение изменений в которые также может существенно влиять на границы административной ответственности», – резюмировал Алексей Саранов.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector