Betonstavropol.ru

Бетон Ставрополь
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Ахматова как поезда с откосами

Цитаты Ахматовой

Подготовил: Дмитрий Сироткин

Представляю вам подборку цитат поэта Анны Ахматовой (1889 — 1966).

Судьба Ахматовой и ее близких в стране Советов сложилась трагично, недаром она получила прозвище Муза Плача.

Цитаты разнесены по темам: отношения, о себе, любовь, родина, поэзия, жизненная этика, женщины и мужчины, жизнь, переживания, смерть, мать, слово, счастье, люди, ад, брак, одиночество, время, Бог, музыка.

Об отношениях

От других мне хвала, что зола. От тебя и хула – похвала.

Несносен ты и своенравен, Но почему-то всех милей.
Было душно от жгучего света,
А взгляды его — как лучи.
Я только вздрогнула: этот
Может меня приручить.

Ты выдумал меня. Такой на свете нет, такой на свете быть не может.

И радость, и печаль до дна я пила, как воду из ковша. Я знаю всё, но я не знаю, какая у тебя душа.

И когда друг друга проклинали
В страсти, раскаленной добела,
Оба мы еще не понимали,
Как земля для двух людей мала

Настоящую нежность не спутаешь ни с чем, и она тиха, но ты всегда точно знаешь о её присутствии.

Больше нет ни измен, ни предательств,
И до света не слушаешь ты,
Как струится поток доказательств
Несравненной моей правоты.

Ты был испуган нашей первой встречей, а я уже молилась о второй.

Я пью за разоренный дом,
За злую жизнь мою,
За одиночество вдвоем,
И за тебя я пью,-
За ложь меня предавших губ,
За мертвый холод глаз,
За то, что мир жесток и груб,
За то, что Бог не спас.

И упало каменное слово
На мою еще живую грудь.
Ничего, ведь я была готова.
Справлюсь с этим как-нибудь.
У меня сегодня много дела:
Надо память до конца убить,
Надо, чтоб душа окаменела,
Надо снова научиться жить.

Брошена! Придуманное слово —
Разве я цветок или письмо?
А глаза глядят уже сурово
В потемневшее трюмо.

Прости, что я жила скорбя И солнцу радовалась мало. Прости, прости, что за тебя Я слишком многих принимала.

Приходи на меня посмотреть.
Приходи. Я живая. Мне больно.
Этих рук никому не согреть,
Эти губы сказали: «Довольно!»

О себе

Я получила прозвище «дикая девочка», потому что ходила босиком, бродила без шляпы, бросалась с лодки в открытое море, купалась во время шторма, и загорала до того, что сходила кожа, и всем этим шокировала провинциальных севастопольских барышень.

Какая есть. Желаю вам другую. Получше.

Так много камней брошено в меня,
Что ни один из них уже не страшен,
И стройной башней стала западня,
Высокою среди высоких башен.

Скажите, зачем великой моей стране, изгнавшей Гитлера со всей его техникой, понадобилось пройти всеми танками по грудной клетке одной больной старухи?

Я была в великой славе, испытала величайшее бесславие – и убедилась, что, в сущности, это одно и то же.

Я всем прощение дарую,
И в Воскресение Христа,
Меня предавших в лоб целую,
А не предавшего — в уста.

Когда я называю по привычке
Моих друзей заветных имена,
Всегда на этой странной перекличке
Мне отвечает только тишина.

Люди, которые меня не уважают, ко мне не ходят, потому что им неинтересно; а люди, которые меня уважают, не ходят из уважения, боятся побеспокоить.

Другие уводят любимых, —
Я с завистью вслед не гляжу, —
Одна на скамье подсудимых
Я скоро полвека сижу.

О любви

Любовь покоряет обманно
Напевом простым, неискусным.

Двадцать первое. Ночь. Понедельник.
Очертанья столицы во мгле.
Сочинил же какой-то бездельник,
Что бывает любовь на земле.

Должен на этой земле испытать каждый любовную пытку.

А назавтра опять мне играть свою роль И смеяться опять невпопад Помнишь ты говорил что любовь — это боль? Ты ошибся. Любовь — это ад.

Столько просьб у любимой всегда!
У разлюбленной просьб не бывает.

Самые темные дни в году
Светлыми стать должны.
Я для сравнения слов не найду —
Так твои губы нежны.

И только в пламени любви разрушится стена обид, непонимания и лени!Долгим взглядом твоим истомленная, И сама научилась томить.

Из ребра твоего сотворенная,
Как могу я тебя не любить?

Есть в близости людей заветная черта,
Ее не перейти влюбленности и страсти.

Не будем пить из одного стакана
Ни воду мы, ни сладкое вино,
Не поцелуемся мы утром рано,
А ввечеру не поглядим в окно.
Ты дышишь солнцем, я дышу луною,
Но живы мы любовию одною.

Так дни идут, печали умножая.
Как за тебя мне Господа просить?
Ты угадал: моя любовь такая,
Что даже ты не мог её убить.

Все, кого ты вправду любила,
Живыми останутся для тебя.

О родине

Мне голос был. Он звал утешно, Он говорил: «Иди сюда, Оставь свой край глухой и грешный, Оставь Россию навсегда. Я кровь от рук твоих отмою, Из сердца выну черный стыд, Я новым именем покрою Боль поражений и обид». Но равнодушно и спокойно Руками я замкнула слух, Чтоб этой речью недостойной Не осквернился скорбный дух!

Горькую обновушку
Другу шила я.
Любит, любит кровушку
Русская земля.

В сущности, никто не знает, в какую эпоху он живет. Так и мы не знали в начале десятых годов, что жили накануне европейской войны и Октябрьской революции.

Изгнания воздух горький
Как отравленное вино.

Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.
Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова, —
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.

Достоевский знал много, но не всё. Он, например, думал, что если убьёшь человека, то станешь Раскольниковым. А мы сейчас знаем, что можно убить пять, десять, сто человек и вечером пойти в театр.

Здесь девушки прелестнейшие спорят
За честь достаться в жены палачам,
Здесь праведных пытают по ночам
И голодом неукротимым морят.

Теперь арестанты вернутся, и две России глянут друг другу в глаза: та, что сажала, и та, которую посадили.

О поэзии

Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда.

Можно быть замечательным поэтом, но писать плохие стихи.

Стихи, даже самые великие, не делают автора счастливым.

У поэта существуют тайные отношения со всем, что он когда-то сочинил, и они часто противоречат тому, что думает о том или ином стихотворении читатель.

Моя душа закрыта ото всех,
И лишь стихи приоткрывают дверцу.
И нет покоя ищущему сердцу.
Не всем дано увидеть её свет.

Дар поэта невозможно забрать, кроме таланта ему ничего не нужно.

Не повторяй — душа твоя богата —
Того, что было сказано когда-то,
Но, может быть, поэзия сама —
Одна великолепная цитата.

Стихи еще делятся на такие, о которых поэт может вспомнить, как он писал их, и на такие, которые как бы самозародились. В одних автор обречен слышать голос скрипки, некогда помогавшей ему их сочинить, в других — стук вагона, мешавшего ему их написать. Стихи могут быть связаны с запахами духов и цветов.

О жизненной этике

Кто чего боится,
То с тем и случится, —
Ничего бояться не надо.

Сильней всего на свете
Лучи спокойных глаз.

Жить — так на воле,
Умирать — так дома.

Измену простить можно, а обиду нельзя.

Когда на улице кричат «Дурак!» не обязательно оборачиваться.

О женщинах и мужчинах

Мужчины, вы думаете женщины любят красавцев или героев? Нет, они любят тех, кто ими занимается!

Могла ли Биче, словно Дант, творить,
Или Лаура жар любви восславить?
Я научила женщин говорить.
Но, Боже, как их замолчать заставить!

Восьмое марта выдумали импотенты. Как можно вспоминать о женщине один раз в году?

Ромео не было, Эней, конечно, был.

О жизни

Все мы немного у жизни в гостях. Жизнь — это только привычка.

Один идет прямым путем, Другой идет по кругу И ждет возврата в отчий дом, Ждет прежнюю подругу. А я иду — за мной беда, Не прямо и не косо, А в никуда и в никогда, Как поезда с откоса.

Читать еще:  Как отделать откосы балконной двери пластиком

Самое скучное на свете — чужие сны и чужой блуд.

Я научилась просто, мудро жить, Смотреть на небо и молиться Богу, И долго перед вечером бродить, Чтоб утомить ненужную тревогу.

О переживаниях

Вы знаете, что такое пытка надеждой? После отчаяния наступает покой, а от надежды сходят с ума.

Чьи-то взгляды слишком уж нежны
в нежном воздухе едва нагретом
Я уже заболеваю летом, еле выздоровев от зимы.

Весна! Это всего лишь пять букв, но так много в ней надежд и веры в лучшее, и счастья.

Нет ничего более полезного для нервов, чем побывать там, где никогда не был.

О смерти

Когда умрем, темней не станет, А станет, может быть, светлей.

Смерти нет — это всем известно,
Повторять это стало пресно,
А что есть — пусть расскажут мне.

А смерти бояться не надо, и слова этого бояться не надо. В жизни есть много такого, что гораздо страшнее, чем смерть. Вся грязь, вся мерзость происходят от боязни смерти. А эти интеллигентские штучки, что умирает кто-то другой, плохой, а не мы, — надо бросить. Именно мы погибаем, мы умираем, а никто другой.

О матери

Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел.

Семнадцать месяцев кричу,
Зову тебя домой,
Кидалась в ноги палачу,
Ты сын и ужас мой.
Все перепуталось навек,
И мне не разобрать
Теперь, кто зверь, кто человек,
И долго ль казни ждать.

О слове

О, есть неповторимые слова,
Кто их сказал — истратил слишком много.
Неистощима только синева
Небесная, и милосердье Бога.

Ржавеет золото и истлевает сталь,
Крошится мрамор. К смерти все готово.
Всего прочнее на земле — печаль,
И долговечней — царственное слово.

О счастье

А я была дерзкой, злой и веселой
И вовсе не знала, что это — счастье.

Тот счастлив, кто прошел среди мучений,
Среди тревог и страсти жизни шумной,
Подобно розе, что цветет бездумно,
И легче по водам бегущей тени.

О людях

Страшно выговорить, но люди видят только то, что хотят видеть, и слышат то,что хотят слышать. На этом свойстве человеческой природы держиться 90% чудовищных слухов, ложных репутаций, свято сбереженных сплетен. Несогласных со мной я только прошу вспомнить то, что им приходилось слышать о самих себе.

Благовоспитанный человек не обижает другого по неловкости. Он обижает только намеренно.

Об аде

Я спросила: «Чего ты хочешь?» Он ответил: «Быть с тобой в аду».

Стояла долго я у врат тяжелых ада,
Но было тихо и темно в аду. О, даже
Дьяволу меня не надо! Куда же я пойду?

О браке

Он любил три вещи на свете: За вечерней пенье, белых павлинов И стертые карты Америки. Не любил, когда плачут дети, Не любил чая с малиной И женской истерики А я была его женой.

Тебе покорной? Ты сошел с ума!
Покорна я одной Господней воле.
Я не хочу ни трепета, ни боли,
Мне муж — палач, а дом его — тюрьма.

Об одиночестве

Есть уединение и одиночество. Уединения ищут, одиночества бегут. Ужасно, когда с твоей комнатой никто не связан, никто в ней не дышит, никто не ждёт твоего возвращения.

Сплю — она одна надо мною.
Ту, что люди зовут весною,
Одиночеством я зову.

О времени

Что войны, что чума? — конец им виден скорый,
Их приговор почти произнесен.
Но кто нас защитит от ужаса, который
Был бегом времени когда-то наречен?

Будущее, как известно, бросает свою тень задолго до того, как войти.

О Боге

В каждом древе распятый Господь,
В каждом колосе тело Христово,
И молитвы пречистое слово
Исцеляет болящую плоть.

Для Бога мёртвых нет.

О музыке

Я у музыки прошу
Пощады в день осенний,
Чтоб в ней не слышался опять
Тот голос — страшной тени.

А та, кого мы музыкой зовем
За неименьем лучшего названья,
Спасет ли нас?

О разном

И в мире нет людей бесслёзней,
Надменнее и проще нас.

Сознание неправды денег неистребимо в русской душе.

Рухнул в себя, как в пропасть.

Против кого дружите?

Курение — это цепь унижений, все время надо спрашивать у кого-то разрешение.

Не давай мне ничего на память: Знаю я, как память коротка.

Безусловно, способность Ахматовой духовно выстоять под мощным давлением целого государства в течение десятилетий восхищает.

Цитаты про Ахматову

  • Н. Гумилев:
    • А ночью в небе древнем и высоком
    • Я вижу записи судеб моих
    • И ведаю, что обо мне, далеком,
    • Звенит Ахматовой сиренный стих.
  • О. Мандельштам: Ахматова привнесла в русскую поэзию всю огромную сложность и психологическое богатство русского романа XIX века. (кстати, цитаты Мандельштама)
  • М. Цветаева:
    • В утренний сонный час,
    • ― Кажется, четверть пятого, ―
    • Я полюбила Вас,
    • Анна Ахматова. (кстати, цитаты Цветаевой)
  • К. Чуковский: Сталинская полицейщина разбилась об Ахматову. Десятки опричников, вооруженных всевозможными орудиями пытки, револьверамиЮ пушками — напали на беззащитную женщину, и она оказалась сильнее. Она победила их всех. Слово поэта всегда сильнее всех полицейских насильников.
  • Б. Слуцкий:
    • Долголетье исправит
    • Все долги лихолетья.
    • И Ахматову славят,
    • Кто стегал её плетью.
  • И. Бродский: В определенные периоды истории поэзия — и только она — оказывается способной иметь дело с действительностью, придавая ей форму, позволяющую ее осознать и удержать в сознании. В этом смысле вся нация взяла псевдоним Ахматовой — что объясняет ее популярность и, что более существенно, позволило ей не только говорить от имени всей нации, но и сообщить нации нечто, о чем та не имела представления. Она была, в сущности, поэтом человеческих связей: лелеемых, интенсивных, прерванных. Она продемонстрировала их эволюцию — сначала через призму индивидуальной души, затем через призму истории, которая выпала на долю ее и ее народа. Этим, похоже, возможности оптики и исчерпываются. (кстати, цитаты Бродского)

В дополнение вы можете прочитать:

  • цитаты Пушкина
  • цитаты Есенина
  • цитаты Маяковского
  • цитаты Бунина
  • цитаты Куприна
  • цитаты Брюсова

Буду признателен, если вы поделитесь с друзьями ссылкой на статью в социальных сетях. Воспользуйтесь кнопками сетей ниже .

Комментарии также всячески приветствуются!

Кто написал Анна Ахматова. Стихотворения? Узнайте фамилию, как зовут автора книги и список всех его произведений по сериям.

Возможность размещать книги на на нашем сайте есть у любого зарегистрированного пользователя. Если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия, пожалуйста, направьте Вашу жалобу на info@libcat.ru или заполните форму обратной связи.

В течение 24 часов мы закроем доступ к нелегально размещенному контенту.

«А если когда-нибудь в этой стране Воздвигнуть задумают памятник мне. » (Анна Ахматова)

Согласье на это даю торжество,
Но только с условьем — не ставить его

Ни около моря, где я родилась:
Последняя с морем разорвана связь,

Ни в царском саду у заветного пня,
Где тень безутешная ищет меня,

А здесь, где стояла я триста часов
И где для меня не открыли засов.

Затем, что и в смерти блаженной боюсь
Забыть громыхание черных марусь,

Забыть, как постылая хлопала дверь
И выла старуха, как раненый зверь.

И пусть с неподвижных и бронзовых век
Как слезы, струится подтаявший снег,

И голубь тюремный пусть гулит вдали,
И тихо идут по Неве корабли.

Памятник Анне Ахматовой между улицей Шпалерной и набережной Робеспьера был установлен относительно недавно, в 2006 году. Создали его скульптор Галина Додонова и архитектор Владимир Реппо. «Я многое взяла из мифологии и поэзии. В фигуре Ахматовой заключены и жена Лота, оглянувшаяся и застывшая, как соляной столп, и Изида, идущая по Нилу в поисках тел мужа и сына». Напротив — самая знаменитая в Петербурге тюрьма «Кресты», у ворот которой поэтесса провела много тяжелых дней. Можно сказать, что в поэме «Реквием» Ахматова сама указала на место для будущей скульптуры:
«А если когда-нибудь в этой стране
Воздвигнуть задумают памятник мне,
… здесь, где стояла я триста часов
И где для меня не открыли засов».

Читать еще:  П образный профиль для откосов гкл

Засов для Ахматовой в «Крестах» действительно не открыли — она ни разу не была арестована, по чистой, вероятно, случайности. Но ее близких страшный режим не щадил.

В 1921 году был приговорен к высшей мере наказания — расстрелу — на тот момент уже бывший муж Ахматовой, известный поэт Николай Гумилёв. Своего обвинения Гумилёв ждал тут же неподалеку, в доме предварительного заключения на Шпалерной, 25, в первой российской «образцовой» тюрьме (ныне СИЗО № 3). Примечательно, что на четверть века раньше там сидел и Ленин — «образцовая» тюрьма перевидала сотни революционеров до свержения царя и тысячи их противников после 17-го года. Сохранилась записка Гумилёва жене из его 7-й камеры: «Не беспокойся обо мне, я здоров, пишу стихи, играю в шахматы». Несколько дней спустя он был расстрелян как враг народа.

Сын Николая Гумилёва и Анны Ахматовой, будущий знаменитый историк Лев Гумилёв попадает в «Кресты» в 1935 году. Ему тогда всего 23 года, он учится на историческом факультете Ленинградского университета. «Муж в могиле, сын в тюрьме // помолитесь обо мне», — напишет Ахматова в одной из песен своего «Реквиема». На момент ареста сына Ахматова вновь замужем, за искусствоведом Николаем Пуниным. Пунина «забирают» в одно время с Львом Гумилёвым. Им обоим носит Ахматова передачки, обивает тюремные пороги, стоит в очередях из сотен таких же несчастных родственников заключенных. В последней надежде пишет письмо Сталину, с просьбой освободить близких. И как ни странно, по личному распоряжению генсека, мужа и сына действительно выпускают. На время. Через пятнадцать лет Пунин будет репрессирован и погибнет в ссылке в Воркуте.

Лев Гумилев за свою долгую жизнь арестован три раза. В 38 году семнадцать месяцев подряд приходила Ахматова к стенам «Крестов», прежде чем сына отправили в заключение в норильскую колонию.
«Семнадцать месяцев кричу
Зову тебя домой.
Кидалась в ноги палачу —
Ты сын и ужас мой».
Потрясение от этого ареста — наряду с другими страшными жизненными событиями — и повлекло за собой возникновение поэмы «Реквием». В предисловии Ахматова расскажет, что в годы ежовщины она провела семнадцать месяцев в тюремных очередях. Как-то стоявшая за ней женщина спросила — может ли она об этом написать. Ахматова ответила — да, и «что-то вроде улыбки скользнуло по тому, что некогда было ее лицом».

И я молюсь не о себе одной,
А обо всех, кто там стоял со мною,
И в лютый холод, и в июльский зной,
Под красною ослепшею стеною.

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • >
  • В конец

Информация о произведении:

ую женщину говорить по-своему и о своем, Ахматова как раз и видела назначенное ей свыше Предназначение. По ее мнению, в предреволюционной России к середине десятых годов обозначился социальный заказ на женский поэтический голос. Вакансия – на роль примадонны Серебряного века – была одна, претенденток несколько, однако по воле рока досталась именно ей. Уникальный, серебряный, театр русской поэзии не продержался и до первого, десятилетнего юбилея. После семилетия войн и революций все стало иным: рифмы, темы, дикция. Зато прима серебряной сцены оказалась задуманной надолго. Это ее – низким, неповторимым голосом проголосил ужас большого террора в бессмертном «Реквиеме»:

Семнадцать месяцев кричу,

Зову тебя домой,

Кидалась в ноги палачу,

Ты сын и ужас мой.

Большой террор – не последний ужас и всего ахматовского поколения и лично Ахматовой. Ей, как и многим, «суровая эпоха» еще не раз ломала и подменяла жизнь и судьбу. Загоняла в никогда и в никуда:

Один идет прямым путем,

Другой идет по кругу…

А я иду – за мной беда,

Не прямо и не косо,

А в никуда и в никогда,

Как поезда с откоса.

Но она-то не гнулась и не ломалась: выкарабкивалась из-под откоса и двигалась навстречу тайному зову: «Многое еще наверно хочет быть воспето голосом моим…» Больше того, когда пришла пора подводить итоги, Анна Всея Руси оглянулась – назад, глянула – окрест и ахнула: она, единственная, ни разу не отреклась от наследства, ни разу не усомнилась в ценности завещанного, хотя средь законных и полу-законных наследников великой русской культуры вовсе не числилась наипервейшей:

Казалось мне, что песня спета

Средь этих опустелых зал.

О, кто бы мне тогда сказал,

Что я наследую все это:

Фелицу, лебедя, мосты

И все китайские затеи,

Дворца сквозные галереи

И липы дивной красоты.

И даже собственную тень,

Всю искаженную от страха,

И покаянную рубаху,

И замогильную сирень.

Как всегда, Ахматова не отрывается от конкретики, в данном тексте – от реалий своей малой родины – Царского Села: Державинского – времен Фелицы (Екатерины Второй), Пушкинского, Тютчевского… Но при этом ей удается не поссорить два столь разных века, совместить в пространстве стиха легендарный город муз с тем страшным железнодорожным пунктом, на вокзале которого 1 сентября 1921 года Анна Ахматова своими глазами увидела имя Николая Степановича Гумилева в газетном сообщении о расстреле членов контрреволюционной Боевой Организации. На том самом вокзале, где они назначали свидания в первой юности… Больше того, именно Ахматовой каким-то чудом удалось соединить, казалось бы, несоединимое: модерн и классику, изысканность и простонародность, графическую четкость стиля и почти говорную интонацию живой речи…

Анна Андреевна Ахматова родилась 11 июня (по старому стилю) 1889 года в Одессе в семье потомственного моряка – отставного инженер-капитана второго ранга Андрея Антоновича Горенко и Инны Эразмовны, урожденной Стоговой. Вскоре после ее рожденья семья переехала в Царское Село, где Горенки прожили до лета 1905 года. Здесь, в городе поэтов, Анна одиннадцати лет от роду написала первое стихотворение, здесь же, еще гимназисткой, познакомилась с будущим мужем Николаем Гумилевым. Летом 1905-го супруги Горенки разошлись, Андрей Антонович остался в Петербурге, а Инна Эразмовна с детьми уехала к родственникам, на юг. Жили сначала в Евпатории, затем перебрались в Киев. В Киеве Анна Горенко закончила гимназию и некоторое время училась на юридических курсах. В апреле 1910 года она вышла замуж за Николая Степановича Гумилева. После венчания молодые отправились в Париж, а по возвращении поселились в доме матери Николая Степановича, в Царском Селе. Осенью Гумилев, взяв отпуск в университете, уехал в Африку. На целых полгода. За это время «полуброшенная новобрачная» успела написать книгу стихов, решительно не похожих на прежние – прежние мало чем отличались от поэтических упражнений обыкновенной провинциальной барышни. Во всяком случае, так считал Гумилев и потому советовал жене заняться чем-нибудь другим. Например, танцами.

Однако вернувшись из африканских странствий, все-таки спросил – нет ли в ее синей тетради новых «поэз». Услышанное настолько удивило Гумилева, что он немедленно взялся за подготовку их издания.

На подготовку ушло чуть более полугода, и в начале 1912 года первый сборник Анны Ахматовой «Вечер» вышел в свет. Тираж был крохотный, 300 экземпляров, но его заметили. И оценили. И читатели, и критики. Георгий Чулков, влиятельный литератор и друг Блока, не стал даже дожидаться появления книги. Вот что писал Чулков о самых первых журнальных ахматовских публикациях еще в декабре 1911-го и, не где-нибудь, в респектабельной столичной газете «Утро России»: «Изысканность поэтического дара Ахматовой в утонченности переживаний. Почти в каждом стихотворении…, как в бокале благоуханного вина, заключен

Фонтанный Дом

Речь о Шереметевском дворце, где в дворовом флигеле Анна Ахматова прожила 35 лет. Сначала, с 1918 по 1920-ый, вместе с мужем Владимиром Шилейко. Затем снова вернулась сюда уже в 1926-м. Именно здесь располагалась квартира ее гражданского мужа, сотрудника Русского музея Николая Пунина. Причем все гости должны были сначала получить разрешение для входа в Арктический институт, который находился там же. У самой Анны Андреевны был постоянный пропуск с печатью «Севморпути», где в графе «должность» указывалось – «жилец».

Отсюда, из Фонтанного Дома она носила в «Кресты» передачи для арестованного сына. Здесь ее настигла война, а через пять лет постановление ЦК партии «О журналах «Звезда» и «Ленинград», за которым последовало исключение ее и Михаила Зощенко из Союза писателей. Ахматова называла произошедшее «гражданской казнью».

Читать еще:  Как установит откосы с сэндвич

Анна Ахматова и Николай Гумилёв: любовь как вечная боль

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

«Когда мы умели летать»

Их знакомство произошло в Царском Селе в канун Нового года. Оба учились в гимназии. Тогда Гумилёву только исполнилось 17. Впечатлительный и эмоциональный юноша был настолько увлечен творчеством Оскара Уайлда, что во всем пытался подражать своему кумиру: подкрашивал губы и глаза, завивал волосы и носил цилиндр. Аня Горенко была полной противоположностью Николаю. Ей было 14 лет, она была взбалмошна, порывиста, чем очень отличалась от своих сверстниц.

Ее живые огромные глаза, — то зеленые, когда радовалась, то серые, когда грустила, — обладали особым магнетизмом, который приковывал внимание молодых людей. Черные волосы с прямой челкой на лунно-бледном лице словно являли контраст с ее внутренним миром. Анна так вдохновенно читала Бодлера со сцены гимназии, что очарованный юноша влюбился с первого взгляда и мысленно поставил девушку на пьедестал недосягаемой высоты.

Теперь она стала для Николая божеством, которому он начал посвящать свои стихи. Когда влюбленный молодой человек писал о своей лирической героине, он называл ее то русалкой, то нимфой, то колдуньей. Но девушка только кокетничала с Николаем, не приближая, но и не отталкивая его. Тогда Аня была безумно влюблена в своего репетитора, но с Гумилевым любила прогуливаться по окрестностям Царского Села и принимать его знаки обожания.

Николай читал ей стихи, обсуждал с ней творчество известных поэтов, но когда пытался признаться девушке в любви, она убегала. Вскоре Гумилев сделал Анне предложение, но она ему отказала. Это был первый из трех раз, когда девушка отвергла любящее ее сердце. Тогда будущий поэт постарался забыть свое бесславное поражение и уехал в Париж продолжать образование. Он успешно учился в Сорбонне, путешествовал по Италии, много писал, но забыть любимую никак не мог.

«Изменчива как ветер»

А тем временем Анна металась и не могла решить для себя — любит ли она Николая или, просто, скучает по их ушедшей юности. В своих стихах того периода она сознается, что «издали ловит звук его шагов», а подругой ее стала бессонница. Отправив письмо Гумилеву, в котором она пожаловалась на свое одиночество и отчаяние, девушка, скорее всего, пожалела об этом. Иначе она не искала бы повод опять отказать Николаю, который примчался в Крым, где на тот момент проживала семья статского советника Андрея Горенко.

Ее поступки всегда опережали мысли. Молодые люди прогуливались по морскому побережью, когда поэт признался, что ни на секунду не переставал любить Аню. Но и второе его предложение она отвергла, позже объясняя это тем, что на нее повлияло жуткое зрелище — мертвые дельфины, выброшенные на берег волной. Девушка посчитала это недобрым знаком. Повторно отвергнутый поэт впал в сильную депрессию и решил покончить жизнь самоубийством, бросившись в озеро в Турвиле.

К счастью, отчаявшегося неудачника спасли, но с тех пор над Гумилевым стали посмеиваться знакомые. Возможно, это дало новые силы влюбленному, и он отправил Анне очередное письмо с просьбой выйти за него замуж, но опять получил отказ. Гумилев не видел больше смысла жить: он выпил огромную дозу снотворного в Булонском лесу. Но судьба в лице проходящего мимо лесничего вновь спасла Николая, и, чтобы преодолеть душевный кризис, поэт уехал в Африку.

«Сиянье розового рая»

В это время в Петербурге начали издаваться стихи Анны, которые очень скоро приобрели широкую популярность. Издания выходят под именем Анны Ахматовой, так как поэтессе пришлось взять фамилию прабабушки, — строгий отец не разрешал подписывать плоды ее творчества своей фамилией, считая стихи пустым занятием.

Вскоре Гумилев возвращается на родину, и двум талантливым поэтам приходится поневоле встречаться в литературных кругах. Неожиданно для всех Николай и Анна объявляют о своей помолвке. Венчание состоялось в апреле 1910 года в Николаевском соборе на левом берегу Днепра. Все, кто знал эту пару, были уверены в недолговечности их союза.

Но он просуществовал восемь горьких лет. Уже в феврале следующего года Ахматова пишет своей подруге: «Хуже не бывает. Хочу смерти. Если бы я умела плакать. » Рай, который обещал Гумилев, превратился в кромешный ад. Он начал изменять жене, не скрывая своих похождений.

Наверное, добившись одной богини, его творческая натура требовала новой музы. Даже рождение сына Льва не остановило Николая и не спасло разрушающегося брака. Позже Анна Андреевна напишет, что Гумилев никогда не скрывал своих увлечений и даже, будучи женатым, еще более оставался холостяком.

«На двоих одна душа»

Это было очень сложное время в семье двух талантов. Когда началась Первая мировая война, Гумилев, обуреваемый патриотическим порывом, отправился на фронт, а у Анны Ахматовой начали возникать романы — один за другим. Она, свергнутая с пьедестала почитания мужем, ищет любви, которой по-настоящему до сих пор так и не испытала. Вернувшись после войны домой, Николай Гумилев навсегда расстается с Анной.

Поэтесса, оставив Левушку на попечении свекрови, связывает свою жизнь с известным специалистом-египтологом Владимиром Шилейко. Несмотря на то, что брак Ахматовой и Гумилева не был образцом супружеской верности и теплых отношений, для поэта такой поворот событий стал тяжелым ударом.

Наверное, он всё еще любил образ, созданный им в молодости, воплощением которого стала Аня Горенко. Николай еще пытался вернуть Анну, звал ее уехать за границу и начать все сначала, но в одну реку нельзя войти дважды.

Через некоторое время Гумилёв вновь женился, а Ахматова еще несколько раз была замужем. Но когда ее первого мужа в 1921 году расстреляли большевики, она свято хранила его рукописи, издавала сборники стихов Гумилева, сотрудничала с его биографами. Она всегда называла себя вдовой Гумилева и до конца жизни посвящала ему свои строки. А в памяти о нем оставила только светлое.

Роман, полный невероятных предположений и досужих суждений, – именно такими оказались отношения талантливого итальянского художника и русской поэтессы.
Анна Ахматова и Амедео Модильяни воспылали друг к другу страстью, яркой и короткой, как пламя свечи.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Краткий анализ

Стихотворение «Анне Ахматовой» является посланием в жанре элегии, а написано оно дактилем с перекрёстной рифмовкой (одной – линии – зной – уныние). Стих состоит из 5 строф, первые две посвящены прорисовке образа Ахматовой, третья-четвёртая описывают творчество поэтессы-соперницы, а пятая – это признание в любви.

Из средств выразительности использованы:

  1. Эпитеты (облачный лоб, сонный час).
  2. Метафоры (стих в сердце целится, ваша жизнь – озноб).
  3. Сравнение (шаль как мантия).

Миф десятый: Ахматова — поэт, ее нельзя называть поэтессой

Часто обсуждения творчества Ахматовой или иных аспектов ее биографии заканчиваются жаркими терминологическими спорами — «поэт» или «поэтесса». Спорящие небезосновательно ссылаются на мнение самой Ахматовой, подчеркнуто называвшей себя поэтом (что зафиксировали многие мемуаристы), и призывают продолжать именно эту традицию.

Однако стоит помнить о контексте употребления этих слов век назад. Поэзия, написанная женщинами, только начинала появляться в России, и к ней редко относились всерьез (см. характерные названия рецензий на книги женщин-поэтов начала 1910-х годов: «Женское рукоделие», «Любовь и сомнение»). Поэтому многие женщины-литераторы или выбирали себе мужские псевдонимы (Сергей Гедройц Псевдоним Веры Гедройц. , Антон Крайний Псевдоним, под которым Зинаида Гиппиус печатала критические статьи. , Андрей Полянин Имя, взятое Софией Парнок для публикации критики. ), или писали от лица мужчины (Зинаида Гиппиус, Поликсена Соловьева). Творчество Ахматовой (и во многом Цветаевой) полностью изменило отношение к поэзии, создаваемой женщинами, как к «неполноценному» направлению. Еще в 1914 году в рецензии на «Четки» Гумилев делает символический жест. Назвав несколько раз Ахматову поэтессой, в конце отзыва он дает ей имя поэта: «Та связь с миром, о которой я говорил выше и которая является уделом каждого подлинного поэта, Ахматовой почти достигнута».

В современной ситуации, когда достоинства поэзии, созданной женщинами, уже не нужно никому доказывать, в литературоведении принято называть Ахматову поэтессой, в соответствии с общепринятыми нормами русского языка.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector